Рассказ из книги прозы «Русские корни»
Столько разных дядек Аленка уже перегладила за этот год. А они её целуют в разные места. Это щекотно. Сперва Алёнка боялась, что будет больно. Но нет, это только щекотно. Аленка привыкла…
Хорошие люди
Дети
Чайная роза
Из сборника рассказов: «Русские корни»
Михаэль долго не мог выбрать букет. Всё, что ему предлагала улыбчивая хозяйка цветочного магазина, казалось банальным и лишённым того света, который он искал. Тюльпаны были невзрачно-тусклыми, гвоздики — обыденными, а гладиолусы — слишком помпезными. Эта роза цвета зрелого абрикоса одиноко стояла в дальнем ведёрке с водой, прислонившись к столику от кассы, и смотрела на него своим бутоновым глазом. Михаэль взял её в руки, махровые лепестки чуть приоткрылись и коснулись небритой щеки, наполнив это прикосновение неожиданным зарядом энергии.
— Чайная роза,- сказала продавщица,- изысканный сорт.
И он без колебаний купил её одну, отказавшись от лент и предложенной нарядной упаковки, лишь попросил обернуть длинный стебель в тонкую полупрозрачную бумагу.
Утро.
Рассказ «Утро» был опубликован в 47-м номере «Иерусалимского журнала». В виртуальном варианте публикуется впервые.
Искупление
В канун Судного Дня… Рассказ из книги «Русские корни»
Данику – шесть лет, а Маринке – восемь, и в этом заключается его трагедия. Родителям ведь было всё равно, кого родить первым – мальчика или девочку. Но они родили Маринку, и Даник всё проиграл.
Случайный ребенок
Из книги «Русские корни»
— Ты любила его? — спросила накрахмаленная медсестра, смазывая её тело жидкостью, холодной, как прикосновение стекла.
— Да, — ответила она, глотая терпкую пересоленную слюну.
— Значит, терпи, — резюмировала медсестра, — и не жалей ни о чём.
— Я потерплю, — сказала она и неожиданно подумала: «Я бы назвала её Юлей».
Зелёный кошачий глаз врача прищурился, и он предупредил:
— Сейчас будет немного больно.
Она сморщилась от резкого проникновения шприца в вену и закрыла глаза.
* * *
…Это ощущение ухода в небытие она пыталась удержать, но безуспешно. Только, словно сквозь космическую оболочку, ей услышались далёкие слова анестезиолога:
— Всё в порядке. Она спит.
* * *
Почем ваши медали?
В Израиль он приехал ещё раз, на похороны дедушки. Сказал, что не мог поступить иначе. И даже вызвался читать молитву «Кадиш» на кладбище. Так как сына у дедушки не было, то сгодился и бывший зять. Шурка за прошедшие полтора года сумел абстрагировать мысли об отце и как-то нейтрализовать горечь его отсутствия.
Рассказ из книги прозы «Русские корни»
"Multi-Focal" СТраницы Лины Городецкой 