«А мы друг для друга тени…», но только в спектакле.

Стандартный

 О премьере поэтического спектакля, поставленного по произведениям Марины Цветаевой в рамках международного проекта с участием Анны Гланц Маргулис и Дмитрия Ахмадиева.

Есть спектакли, после которых выходишь с улыбкой, есть спектакли, после которых на глазах твоих слезы, есть спектакли, которые никак не отзываются в сердце. И совсем не часто случается посмотреть спектакль, который вызывает долгое душевное смятение, порой необъяснимое, ибо не все порывы души поддаются анализу.

Так же как не все наши поступки, наши мысли, наши стихи… Почти девяносто пять лет назад Марина Цветаева написала две поэмы. «Поэму горы» и «Поэму конца». Эти два отдельных произведения сложились в диптих, современники нашли много общего в этих поэмах «чешского цикла» Цветаевой. Многие называют их вершиной ее творчества.

Image may contain: text

Какую же надо иметь смелость, чтобы взяться поставить на сцене эти поэмы в одном поэтическом спектакле… Взяться за сложнейший текст, за образы, которые кажутся затуманенными временем и тайнами прошлого. Они не реальны, они абстрактны. Их речи витиеваты… Как это воплотить в спектакле?

Эта идея пришла молодой израильской актрисе Анне Гланц -Маргулис. И воплотила она ее достойно. Анна, в прошлом москвичка, приехала с семьей в Израиль в подростковом возрасте, в возрасте поиска своего «я». В этом отношении ей повезло. Свое «я» она успела найти еще в детстве, определившись с призванием в десять лет. Именно тогда она впервые участвовала в конкурсе детских театров. Играла чудесную роль маленькой капризной королевы в пьесе «Двенадцать месяцев», той самой королевы, которой в декабре захотелось увидеть подснежники. Юная актриса тогда стала одной из победительниц конкурса.

Анна, выпускница израильской театральной студии Софьи Москович, с отрочества покорена творчеством Марины Цветаевой. В ее репертуаре — два «цветаевских» моноспектакля: «Я любовь узнаю по боли» и «Знать буду, как только умолкну».

Спектакль «А мы друг для друга тени», который в начале июля увидели израильские зрители – новый спектакль, посвященный любимой поэтессе и ее стихам. Третий, и думается мне, самый сложный. Он не родился бы без тандема, который можно назвать счастливым. Пятнадцать лет, рассказывает Анна, она хранила в сундуке заветных желаний, сокровенную мечту — поставить на сцене «чешские» поэмы Цветаевой, понимая, что одной это сделать невозможно, что нужен единомышленник, друг, творческий брат. Кто бы мог подумать, что встретит такого человека Анна в далеком Кишиневе, во время одного из театральных фестивалей «Молдфест. Рампа. Ру.», в котором принимала участие израильская театральная труппа «Лестница», соруководителем которой она является.

Анна пришла на спектакль труппы Приднестровского государственного драматического театра имени Надежды Аронецкой, поставленный по поэзии Беллы Ахмадулиной главным режиссером театра, актером и балетмейстером Дмитрием Ахмадиевым…, и она поняла, что нашла того, кого долго искала. Ей удалось убедить Дмитрия в том, что им вместе под силу создать то, за что не берутся другие. И началась совместная работа…

Так возник международный проект, творческий тандем, которому, надо надеяться, суждено быть вместе и в других проектах.

Но вернемся к самому спектакле. Я увидела его в Хайфе. Позади были два первых спектакля, впереди еще несколько выступлений перед израильской публикой.

А пока Хайфа…Уютный зал, и главное, публика, настроенная на Цветаеву. Это я пойму позже, но это очень важно, настроиться на творчество поэтессы, перебросить мост через век, в век другой. Чтобы быть на одной волне с ее строками и вместе с теми, кто взял на себя высокую миссию донести до нас ее стихи.

Донести не только текстом, это было бы непросто, но гораздо легче, чем поставить спектакль, оживить поэтические образы. Найти в них саму Марину. В этом спектакле не обозначены роли, и нет имен у героев. Есть Он и Она. Их любовь и ее крушение. В общем, все как в жизни…

Марина Цветаева начала писать «Поэму Конца» в тот зимний день, когда завершила «Поэму Горы» — 1 февраля 1924 года. Спустя несколько лет она написала в переписке с Борисом Пастернаком о них:

«Поэма Конца — одно. Только Гора раньше и — мужской лик, с первого горячá, сразу высшую ноту, а Поэма Конца уже разразившееся женское горе, грянувшие слезы, я, когда ложусь, — не я, когда встаю! Поэма Горы — гора, с другой горы увиденная. Поэма Конца — гора на мне, я под ней…»

Это «женское горе» и «мужской лик» воплотили на сцене Анна Гланц Маргулис и Дмитрий Ахмадиев. Ответная любовь – всегда праздник, а завершается любовь редко без слез… Поэмы эти были написаны Мариной после романа с Константином Родзевичем, близким другом ее мужа Сергея Эфрона, человеком красивым, харизматичным и неоднозначным во многих отношениях. Любовь не сложилась, позже Константин женился на другой, но осталось ощущение потери, которую Марина «выкричала» в своих поэмах. За себя и, возможно, за него.

Image result for марина цветаева константин родзевич

Так и играют на сцене Анна и Дмитрий. Пьеса – искусный кружевной ряд строк, которые оживают с помощью рук, глаз, лиц, с помощью многообразия оттенков движений и грациозной пластики тел.

Этот короткий спектакль настолько эмоционален, что можно было бы к нему применить характеристику «гипертония чувств».  Кажется, что на сцене двое пишут свой дневник, дневник чувств, пишут его, не замечая полного зала, благословляют и проклинают любовь, которая пришла к ним обоим. А рядом свидетель «Гора», которая, кажется, горюет вместе с героями пьесы. Этот образ не случайно возник в поэме Марины Цветаевой, в Праге она жила рядом с горой Петршин-холм и для нее Гора была связана с высокими человеческими чувствами.

Кстати, декорации в спектакле минимальны, и этот минимализм помогает сосредоточиться только на луче света, которым освещены актеры.  Движение и поступки на сцене иногда кажутся хаотичными, в этом хаосе беспорядка, мне кажется, вся Марина, но на самом деле каждое движение продумано и выверено. Отрепетировано и максимально отшлифовано.

Дневник души, строка за строкой, страница за страницей, на каждой из них – боль. Боль неминуемой разлуки, и вечный вопрос, поиск своего места на Земле.

Действо завораживает, и ты уже пытаешься вместе с героями искать смысл жизни. Нет, скорее, это придет потом, после спектакля, когда будешь обдумывать увиденное. В зале ты просто следишь за лучом света. А он перемещает актеров от авансцены в глубину, то дарит им какую то странную защищенность, то оголяет каждый нерв диалога. Непросто пробираться через многослойный смысл строк Марины Цветаевой. Но проникнув в их глубину, чувствуешь невероятное удовлетворение от познания нового богатого мира, который дарит тебе встреча с ее творчеством.

Анна Гланц Маргулис – тоненькая, гибкая, яркоглазая. Дмитрий Ахмадиев – высокий, широкоплечий. Были ли в жизни такими герои поэм Марины, не имеет значения. Двое играют финал своей Любви. Еще теплится надежда, но ей все меньше и меньше места на сцене. Работа души, нужна огромная работа души, чтобы через различные иногда чуть уловимые символы передать накал страсти, который сохраняет автор поэм, даже после разрыва с любимым человеком.

Органично вписался танец, поставленный Дмитрием, это последний диалог, в котором еще теплится чувство, бросившее героев в объятья друг друга, все целомудренно и одновременно достаточно эротично, чтобы почувствовать эту запретную связь двух несвободных людей.

Музыка вообще несет немалую нагрузку в этом поэтическом спектакле, помогая выставлять нужные акценты, снимая или добавляя напряжение. Поскольку речь идет о международном проекте, то стоит вспомнить и талантливых композиторов, пишущих музыку для Приднестровского тетра: Олега Хереску и Виктора Кожухаря. Язык музыки международный, на израильской сцене двумя актерами игралась пьеса, поставленная по творчеству русской поэтессы и звучала музыка приднестровских композиторов. Что может быть лучше для понимания друг друга без слов…

Анна Гланц Маргулис – не новичок, ей нередко приходилось принимать участие в различных театральных фестивалях. Кроме того, Анна часто гастролирует за рубежом, ее артистическому таланту аплодировали в Канаде и Германии, Швеции и Франции и других странах.  А новый спектакль «А мы друг для друга тени..» начинает свою самостоятельную жизнь. Впереди — участие с ним в серьезных международных фестивалях. Хочется пожелать артистам удачи и новых творческих открытий.

 

Дмитрий после спектакля сказал, что «только тени» на сцене, в жизни оказались близкими друзьями, понимающими друг друга. Это непременный залог артистического успеха.

Эпизоды спектакля, сложившиеся в фотогралерею — перед вами.

** В среду, 11 июля, в 20.00 спектакль «А мы друг для друга тени…» состоится в Ришон Ле-Ционе в зале «Яд леБаним».

«А мы друг для друга тени…», но только в спектакле.: 2 комментария

  1. ABCer

    I do not know who is responsible for this outrage!
    5 times! FIVE TIMES I have pressed * Unsibsribe *button. Yet your
    publication chooses to act as a virus.
    Stop sending me your letters. This e-mail will be sent to Google, as a
    proof.

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s