Жили-были в довоенном городе Минске Ефим и Зельда, которую все звали Зинаида. И мы будем ее так называть… Ефиму было 43 года, его жена умерла и остался он с двумя детьми Лилей и Геной. А Зине было 35 лет, и она после смерти мужа тоже осталась с двумя детьми. Наде было 14, а Володеньке — 7 лет.

И встретились два овдовевших человека, и полюбили друг друга. Он сделал ей предложение, она приняла, да только пожениться не успели, началась война.

Ефим Булдов был белоруссом по национальности, а Зина Зевина — еврейкой. Его сразу призвали в армию, а ее с детьми загнали в Минское гетто. На этом наверное мой рассказ мог и закончиться. Но, слава Богу,есть у него продолжение.

Читать далее

Посвящается Алле Ольховой,

история которой взята за основу сюжета.

Письмо пришло на имя директора школы. Она передала его классному руководителю 7-Б и рекомендовала сообщить председателю пионерской дружины и комсоргу. Нужно отреагировать, необходимо…. Седьмые  классы – это серьезно, в конце учебного года лучших учеников будут принимать в комсомол. Но классная руководительница Нина Алексеевна решила вызвать родителей, а потом уже распространять эту историю дальше по школе. Поговорила она и с самой  Ольгой, однако девочка хмуро молчала.

Читать далее

2 августа 1943. Концлагерь Треблинка прекратил быть удобным местом уничтожения. Нашлись люди, готовые рискнуть и попробовать выжить в аду.
Инициатором восстания был пятидесятилетний доктор Юлиан Хоронжецкий, но он был схвачен, когда обнаружились деньги, спрятанные для нужд восстания. Хоронжецкий принял яд и сохранил тайну. А восстание в концлагере Треблинка все-таки произошло.

Читать далее

Это история о судьбе одной красивой сильной женщины. А еще, она о судьбе двадцатого века, о еврейской Риге, о войне и Катастрофе. И о Любви. К мужу, детям, к путешествиям, музыке и литературе, к выбранной навсегда профессии, и к жизни… Читать далее

Летом 2018 года я побывала в Прибалтике. Сперва в Латвии, а затем в Литве. Вильнюс, узенькие улочки, милые кафе… А через несколько дней я оказалась в Понарском лесу. Понары — место расстрела Вильнюсского гетто. 100000 человек, как жить с этой цифрой?…  Ежедневно в лесу расстреливали порядка 800 человек. Усердствовали солдаты из айнзатцгруппы A, эсэсовцы, и в первую очередь, их литовские пособники. Тела казнённых сваливались в котлованы, случайно вырытые там в 1940 году для строительства нефтебаз и засыпались землёй.

Читать далее

(Из ненаписанного дневника мамы…)

Мишенька уже уснул, а Гришаня все крутился. То раскинет ручки, то сожмет кулачки, сопит так воинственно, что снится ему, не поймешь. Я сижу рядом и слушаю детское дыхание, смотрю на красивые крошечные пальчики. Интересно же получилось. Два сына, два брата. Один – маленькая копия моего покойного отца, белобрысый, сероглазый, даже пальцы так смешно оттопыривает, как он. А второй… как же Гришенька похож на Бориса! Борька радовался этому, сразу узнал свою породу.

Но он красивый, мой муж. Так что и деткам нашим Бог послал быть красивыми. Тихо перекрещу их над кроватью. Это по привычке, пока Борька не видит. Так мать моя делала надо мной, а я не спала и одним глазом подглядывала. А мои мальчишки все-таки уснули. Пока маленькие, уютно им вдвоем спать и греться теплом друг друга. А иногда под утро оба бегут ко мне в кровать и продолжают спать, прижавшись. Мишка — справа, Гришка – слева.

Читать далее