4 октября 2003 год помнят многие жители Хайфы. И никогда не забудут родные и близкие тех, кто оказался в этот роковой день в хайфском ресторане «Максим». Два часа дня. Суббота. Светлый, все еще теплый, осенний день. И теракт , унесший жизнь 21 израильтянина.
Первое октября. Еще по летнему теплый вечер праздничной недели Суккот. В израильских школах каникулы. Многие стараются в эти дни взять отпуск, провести его вместе с детьми, путешествовать, посетить разные интересные мероприятия, посидеть в сукке у друзей. К вечеру набегавшиеся дети так устают, что усевшись в машину, сразу засыпают. А родители негромко разговаривают, чтобы не разбудить их. Отец сидит за рулем, мама что-то рассказывает. Еще полчаса и они будут дома… Эйтам займется старшими мальчишками, Наама покормит и уложит спать четырехмесячного Итамара. А затем, может быть останется время побыть им вдвоем…
Так должно было быть вчера в живописном поселении Нерия. Но так больше не будет никогда. Счастье молодой семьи Хенкин вчера в девять часов вечера было расстреляно с короткого расстояния, в упор.
Cовсем невыдуманная история…
Я пишу эту историю уже много лет. Ищу слова. Не нахожу. И сегодня не нахожу те — самые главные. В первую очередь, наверное, нужно сказать, что я ее очень люблю и помню ее. Даже, когда не говорю о ней. Помню столько наших общих маленьких и больших моментов в жизни. Помню, какая она была замечательная, сильная, мудрая и одновременно очень тонкая Женщина. Моя сестра…
Но писать эту историю я начала несколько лет назад, когда была модератором на одном литературном сайте и увидела фотографию нового автора. Он оказался из Хайфы, врач – анестезиолог больницы «Рамбам». Это было года четыре назад…
И я зациклилась… Смотрю на его фото и кажется, что узнаю его. Хотя не была с ним знакома. Стандартное фото, такие для паспорта делают. Смотрю я на фотографию и чувствую, что силы мои уходят из ног, концентрируются в руках. Пальцы сжимаются в кулаки… Страшные мысли в голове… Как же он живет, улыбается… А она?
Наши дочки вырастают. Из кукол и юных дневников, из шариков и любимых мишек на кровати. И отправляются во взрослую жизнь. У большинства израильских девочек она начинается с армейских лет. И мамы провожают дочек. Желают им нетрудной службы и легкой обратной дороги домой. Но не всегда у девочек складывается нетрудная служба.
Это случилось около полудня 22 октября 2014 г на границе с Египтом.Террористы выпустили противотанковую ракету по армейскому джипу, который двигался вдоль израильско-египетской границы, а затем открыли огонь из автоматического оружия. В ходе сражения с боевиками, была ранена капитан Ор Бен-Иегуда — командир роты батальона «Каракаль», охраняющего границу.
«Несокрушимая скала» не забывается. Проходит время, которое много изменяет. Но не все лечит. Рубцуются раны физические. А душевные мы несем глубоко, они не всегда заметны. Но не менее болезненные. Это понимает каждый, кто перенес потери.
А на ту войну, в первую очередь, уходили мальчики. Недавно забросившие школьные рюкзаки в угол своих комнат, поставившие гитары на подставку, поцеловавшие своих девчонок на прощание. Уходили… Но не все вернулись. И тем мальчишкам, которые были рядом, на передовой, нести эту Память о них, невернувшихся, вместе с их семьями. Эти мальчики быстро повзрослели.
Перед вами письмо, которое написал Давид Калманович. Давиду двадцать лет. Он живет в Модиине, вырос в русскоязычной семье, но родным для него, как и для большинства наших детей стал иврит. Он служит в 890 -м батальоне десантных войсках, и тяготы «Несокрушимой скалы» в незабываемом августе прошлого года нес на своих плечах.
А после продолжил службу. Только взгляд его повзрослел, и мысли тоже. Давид написал письмо, которое я перевела на русский язык.
И назвала его «Письмо Памяти»
Десять лет прошло… А помнится, как сейчас. И свое участие в демонстрациях протеста. И эта поездка в Самарию, когда еще поселение Са Нур существовало. Жили в нем 60 семей. Среди них — люди искусства, талантливые Мастера, для которых Северная Самария стала и Домом и Музой.
Поселение закончило свое существование 23 августа 2005 года. Десять лет назад. Са-Нур стал последним поселком, разрушенным в ходе реализации программы размежевания.
Мне пришлось побывать в Са Нуре и Хомеше за несколько месяцев до начала осуществления плана размежевания, в середине оранжевых событий. Увидеть цветущие поселения среди первозданной красоты,
